Maria Sivkova — Tcvety Demony I Nemnogo Liubvi

Мария Сивкова - Цветы, демоны и немного любви

Пока как-то раз не встречаю Летидору. Она живёт в славном домике с палисадником, где пытается выращивать цветы. Но ничего не выходит.
– Они ужасно упрямы, – жалуется Летидора. – Просто сил нет. Уж что я только ни пробовала: удобрения, особые режимы полива, свежая почва. Они просто не всходят. Или едва прорастут – сразу вянут.
Сочувственно киваю. Украдкой разглядываю Летидору: маленькая, бойкая, яркая, она сама как прекрасный экзотический цветок. Редкий и капризный. Мои демоны по коробочкам тихо вздыхают от восхищения.
Я знаю правду: Летидоре не пригодится ни один из них. А цветы не растут, потому что ей не досталось подходящего зерна. Одного из тех, что должны прорастать внутри.
И впервые за всю свою жизнь я не предлагаю ничего купить, но отдаю цветочное семечко. Оно чудесно – маленькая жемчужинка моей коллекции. Идеально круглое, перламутрово-розовое, гладкое, как нежнейший китайский шёлк. Его отдала мне когда-то самая лучшая цветочница на свете. О, какие розы она выращивала у себя в саду! Ни у кого никогда не видел я таких роз. А уж по миру попутешествовал не мало. На что же она могла променять такой замечательный талант? Возлюбленный цветочницы не был ей верен, и я предложил бедной девушке демона непамяти. Редкое и прихотливое существо, поэтому плата за него оказалась так высока. Но, кажется, она не жалела. Ведь каждое утро, просыпаясь, её суженный не помнил никого и ничего кроме неё.
Странные они, эти люди. Променял бы я такой дивный талант на другое человеческое существо?
Нет, думал я тогда.
Может быть, думаю я теперь и отдаю чудесное зёрнышко Летидоре. Мои демоны сидят по коробочкам тихо, как мышки. Чуют торжественный момент.
Семечко прорастает быстро. И так же быстро прорастают теперь Летидорины цветы. Я каждый день прихожу любоваться на них через прореху в заборе. Смотрю, как Летидора пританцовывает с лейкой, бабочкой порхает с цветка на цветок. Она не идеальна, нет – у неё тоже есть свои демоны. Но как же она прекрасна!
А ведь я могу сделать её ещё прекраснее, великолепнее, ослепительнее, озаряет меня внезапная мысль. Ведь у меня – полный мешочек милых мелочей. Я могу вылепить из них свою Галатею.
Так однажды я снова стучусь в калитку Летидориного палисадника.
– Не хочешь ли продать своих демонов? У меня есть много славных вещиц, на которые их можно обменять.
– Не хочу, – смеётся Летидора. – Боюсь, без демонов мне будет довольно скучно.
Я соглашаюсь, и предлагаю ей мои сокровища просто так. Летидора берёт их и сажает. Но не в душу, а в землю. И из зёрен прорастают невиданные цветы. В мире нет такого цвета и такой формы, чтобы описать их. Ведь никто никогда не видел эти цветы глазом, только сердцем.
Цветов много, гораздо больше, чем может вместить скромный палисадник моей Летидоры, и она сажает их в комнатах, на подоконниках, на крыше. Вскоре весь дом превращается в одну большую клумбу. Мой мешочек стремительно пустеет. Я дарю ей по одному зерну за встречу, но видеть Летидору всего раз в день мне мучительно мало. Я прихожу к ней утром, днём и вечером. Затем ещё на рассвете, в полдень и перед закатом. Всё чаще и чаще. И однажды в моём мешочке не остаётся зёрен.
Сажать больше нечего, Летидора грустит. Семена обычных растений ей давно не интересны. А дивные цветы забыты и вянут в палисаднике. Вянут в комнатах, на подоконниках и на крыше. Я не думаю о том, сколько чудес, сколько даров было потрачено впустую. Только о том, как вновь порадовать мою Летидору.
Но однажды она находит выход сама.
– Я могла бы попробовать сажать демонов, – говорит Летидора задумчиво. Взгляд её затуманен, но голос звучит твёрдо и решительно.
Я вздыхаю и сдаюсь без боя. Демоны по коробочкам ропщут. Но я упрямо скатываю их в семена. Те выходят колючие и слизкие. На ощупь противные, как слизняки. Цветы из них прорастают такие же гадкие – с шипами, тошнотворным сладковатым запахом тления и ядовитой пыльцой. Яркие, зовущие, они подманивают неоновыми лепестками доверчивых бабочек и пчёл, и те умирают, едва попробовав отравленный нектар или нанизываются на незаметную, хитро укрытую листом живую иглу.



Добавить комментарий